Операция "Весна" | Как депортировали литовцев

В 40- м году СССР предъявило Литве ультиматум, где обвинило страну в нарушении ряда условий договора о взаимопомощи. За несколько недель до начала войны, советские власти депортировали в Сибирь около 40 тысяч человек из числа интеллигенции и зажиточных крестьян, для лишения народа коллективной памяти и экономической мощи.

На период войны, репрессии прекратились, так как СССР утратил контроль над странами Балтии. Однако постепенное приближение советских войск к Литве, однозначно давало понять, что будет продолжение: колхозы, разгон местных властей, а затем террор.

Литва после отступления Советов перешла в зону гитлеровской оккупации, в ходе которой, лично фюрер сообщил литовцам о том, что не намерен рассматривать их как полноценных граждан Рейха и вопрос с ними будет решен в ближайшей перспективе.
Как итог, в Литве не было собственных подразделений СС, постоянные объявления мобилизации с отправкой на фронт, литовцы игнорировали или пряталась, а уже призванные просто дезертировали из немецкой армии.

В Литве действовало партизанское подполье против немцев, а также аналогичное подполье созданное немцами против уже самих партизан.
К 1944 году стало ясно: немцам не уцелеть, но когда придут красные, то вернут порядки репрессивного начала 40-х. Обе ветки вооруженного подполья договорились продолжать борьбу, только уже вместе и против СССР.

Опасения подтвердились, сразу после войны в стране ликвидировали местное управление, московские ставленники стали распоряжаться экономикой, а жизнь перекраивать по советскому образцы.
В конце мая 1948 года по всей Литве прокатилась волна террора и депортаций. В результате около 90 тысяч литовцев выслали вглубь СССР. Советские власти назвали этот акт — операция «Весна»

22 мая начались одновременные аресты всех, кто имел отношения или связи с партизанским подпольем. Под каток репрессий попали также крестьяне, которые сопротивлялись коллективизации. Целей было несколько: снизить уровень сопротивления новой власти, разоружить население, лишить страну потенциально опасных элементов, а также получить информацию об оставшихся участниках.

Под утро, как правило, чтобы застать врасплох, в дома "жертв" врывались вооруженные солдаты, проводили обыск, давали некоторое время на сборы и затем увозили людей в города с железнодорожным сообщением, где уже их ждали вагоны для перевозки скота. Конечной станцией были лагерные поселки Сибири, Казахстана, Якутии или Урала.
" какие то люди с оружием – по-литовски говорящие и по-русски – окружают дом. Мы с детьми спрятались на чердаке. Солдаты начали искать всю семью и спрашивать у матери: где дети? При этом действовали грубо, штыками прощупывали углы. Было страшно. Тогда мать закричала нам: "Дети, вернитесь! Никуда тут не спрячешься". "

Нужно заметить, что значительную часть сосланных составляли женщины и дети ( до трети), это очень часто означало гибель в пути от голода, тесноты, стресса или болезней.
Нередко ссыльные попадали в абсолютно глухие места, без инструмента, навыков жизни в тайге, в летней одежде. По дороге лучшие вещи отбирали конвоиры.

Баржа выгрузила этих несчастных на берег и ушла. Там тундра с промерзшей на полметра землей. Они руками вырыли в почве яму и уложили туда детей, чтобы хоть как-то их защитить от ветра и холода. Моя мама была из всех самой младшей, потому что те, кто был постарше, почти все умерли в пути в ссылку, а она родилась по дороге. Утром, когда взрослые встали, они увидели, что все дети в этой яме замерзли насмерть. Единственная, кто выжил, была моя мама – потому что она лежала посередине.

Литовские леса

После депортации, партизанщина в Литве стала еще более яростной.
Лесные братья делали тайные схроны в густых литовских лесах и прячась днем, нападали ночами, убивая красных активистов, военных, уничтожая склады и колхозное имущество.
На борьбу с ними направили сначала регулярную армию, а затем и войска НКВД, так как среди армейских часто были случаи сочувствия к литовцам, когда например обнаружив их землянку, солдат (такой же забитый жизнью крестьянский мужик) жестом давал "лесным" понять, что не выдаст, а сам якобы "продолжал поиски".
В итоге в 1949 и 1951 году прошли еще волны депортации...

С обоих сторон конфликта были случаи чудовищной жестокости. Методы работы НКВД всем известны, "лесные братья" не оставались в долгу, при удобном случае.
Так как "достать" мужчин из лесов часто не получалось, новые ссылки касалась детей и женщин даже в большей степени, чем прежние.

Мы проехали через Уральские горы, и мамы начали плакать: «Это уже Сибирь!». Мы ехали примерно две недели. Нас высадили в Барнауле и отвели за город – в огороженное поле. По краям – вышки, в каждой из которых стоял вооруженный солдат. Нас поселили в палатках – по четыре–пять женщин с детьми в каждой. На другой день маму куда-то вызвали. Я изнервничалась, потому что не знала, что делать с маленьким братом. Через какое-то время нас перевели в город и поселили в очень холодный подвал. Из еды нам выдавали только по 200 граммов хлеба на человека. В том подвале мы прожили почти месяц. Начался голод. Один раз мы ничего не ели дней десять. Тело начинало пухнуть.

Литовцев занимали на тяжелых лагерных работах: валка леса, переработка рыбы, стройка. Им удавалось поддерживать связь с родиной благодаря почте, однако письма вскрывались и тщательно изучались властями. До сих пор во многих городах Сибири есть значительные литовские диаспоры.

К 1953 году сопротивление в лесах было сломлено. Еще оставались отдельные банды, но они уже не имели ни сил, ни перспективы победить. Народ Литвы также понял, что прямое сопротивление будет проиграно при колоссальном численном и экономическом перевесе СССР. Последний лидер повстанцев Йонас Жямайтис был пойман в лесной землянке, после пыток и допросов он не согласился на публичное покаяние, был приговорен к расстрелу.
Последним его желанием было увидеть фото единственного сына, которого прятали сторонники в Литве. Ему показали фото мальчика в пионерском галстуке..

Проект "Миссия Сибирь" - молодые литовцы восстанавливают заброшенные кладбища соотечественников в Сибири

После смерти Сталина литовцы начали возвращаться на родину. Не всегда это было просто - на приехавших смотрели с подозрением, считая шпионами и "осоветившимися", немало тех, кто предпочел навсегда остаться в Сибири.
Однако на деле, порядки Литвы уже не отличались от советских и прибывшие уезжали их одной части СССР, чтобы прибывать в примерно такую же...

Не прописывали вернувшихся, пока работу не найдешь. А работу в свою очередь без прописки не давали. Замкнутый круг! Так что на родине нам тоже было нелегко. Часто рассуждал: как бы сложилась наша судьба, если бы не ссылка? Избежать ее мы теоретически могли, если бы в 1945 году уехали на Запад вместе с родственниками, которые нас звали с собой. Но не сложилось тогда.