Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Скачать сборник рассказов:

Оцените эту статью:  

Татаро-монгольские привычки и традиции у славян

 

Вместо разгромленной Киевской Руси и десятка ее княжеств, после нападения татаро-монголов, на европейских картах наша страна стала обозначаться под разными именами.
Чаще всего как "Великая Тартария (Татария)", что показывало ее зависимость и участие в государственном проекте Монгольской империи.

Во многом, это было справедливо. Несмотря на то, что в самой России сходство с монголами считается неприятным и о нем старались умалчивать, страны-соседи замечали как разительно изменился внешний облик, обычаи, менталитет и нравы вчерашних жителей Киевской Руси.
Поэтому их считали скорее смешанным населением, тяготевшим скорее к азиатским порядкам, чем к прежней жизни в Европе.

Если в домонгольскую эпоху князя от русских были частыми гостями в европейских дворах, на правах давних и равных партнеров, их дочери охотно выходили замуж за королей, а русские князья женились на дочерях западных монархов, то затем наступила пауза.
Русские земли под монгольским сапогом ушли в глухую изоляцию и почти не контактировали с европейским миром.
Когда ордынское ярмо ослабело и русские вновь стали контактировать с Западом, те удивлялись переменам, которые произошли с этим народом при монголах...

Известный российский востоковед-тюрколог, доктор исторических наук, профессор РАН Илья Зайцев, 5 лет назад подготовил к изданию книгу Сергея Аверкиева (1886—1963) "Влияние татар на жизнь русского народа", где весьма подробно описаны те перемены, которые стали европейцев шокировать, а для постмонгольских русских были нормой жизни.

Что переняли русские от монголов?

  • Во-первых, множество новелл в общественном устройстве: сеть дорог (скорее троп) между городами с трактирами и кабаками на них, сменными лошадьми и охраной, что давало возможность быстро передавать сообщения и ценные грузы.
  • Традицию учета населения с помощью переписей, специальные функции представителей князя и хана "на местах" с "охранными символами", что позволяло иметь своих людей даже в самых глухих углах страны.
  • При монголах невиданно расцвела церковь, которая не подвергалась разорения, имела льготы по налогам и вообще воспринималась монголами как важный идеологический инструмент контроля. За это церковь платила ханам лояльностью и не замечала того, что народ подчинен язычникам, а князья вынуждены славить идолов в ставке хана.
«Покорены мы народом немилостивым, народом лютым, народом, не щадящим красоты юношей, немощи старцев, младости детей»
Серапион, епископ Владимирский (13 век)
  • Татарская система взыскания налогов и сбора дани была одной из лучших в мире, ее активно перенимали на Руси, что заложило фундамент под усиление Москвы. Дань была посильной, но обильной, взыскивалась с максимальной жестокостью и устрашением. Она не даст разориться, но и не даст скопить силы на бунт...
  • Пышность и позерство при дворах было подражанием Востоку. Катающиеся в пыли просители, буквально "бьющие челом", орды льстецов и прихлебателей у трона, заискивающее обожествление князей - это и татарская и византийская традиция, восходящая в персидскому миру.
  • От татар же были позаимствованы и знаки уважения и покорности, оказываемые царю: стояние на коленях, земные поклоны, целование руки, именование себя унизительными званиями и прозвищами. Все эти знаки покорности вошли в русский быт и стали употребляться не только по отношению к носителям верховной власти, но и вообще к власть имущим: со стороны низших классов к высшим, привилегированным; со стороны бедняков — к богатым, слабых — к сильным.
«Благодарят они таким образом: если один обещает что-нибудь на словах, то другой, сняв шапку, пренизко ему кланяется, опуская руку книзу; если требуется большей благодарности, в таком случае достает он рукою даже до земли; а еще для большего подобострастия или, показывая, как умеет он ценить обещаемую милость, касается обеими руками. Если же притом один из сановников и оказывает какую-нибудь милость и покровительство, или тому подобное, другому, который меньше его званием, тогда сей последний становится на колени и, обеими руками касаясь пола, бьет еще челом оземь. Таким же образом поступают, когда идут и просить какой милости, чтобы по ходатайству того была оказана».
  • Правители стали небожителями, которых простой люд и не видывал никогда. Живущие в великолепны палатах, носящие драгоценные одеяния - это резкий контраст с более простыми монархами в Европе, с которыми видные бароны или рыцари могли даже пререкаться, а не валяться в пыли униженно ударяя себя в грудь. Татарская же традиция дарить с царского плеча вещи, также стала одной из ключевых на Руси.
  • Стала массовой мода на восточные вещи и порядки, которая сохранялась до времен Алексея Михайловича!
    Пышные бороды, при обычае брить голову мужчинам, ношение дома маленьких шапочек из ткани (аналог тюбетейки) и вообще нежелательность нахождения без головного убора, восточные кафтаны, армяки, сапоги с загнутыми носками, шаровары и высокие шапки.
    Появление балалаек и барабанов в музыкальной традиции и традиция "чаевничать"

 

  • Женщины, как на исламском востоке, стали запираться в терема (гаремы) и могли выходить на улицу с мужем, братом или отцом, либо в сопровождении охраны, в закрытых повозках.
    Даже в церковь женщины выходили редко, проводя жизнь в четырех стенах. Браки также заключались по сговору родителей и молодые редко видели друг друга до свадьбы, сведения о каких-либо романтических отношениях на Руси той эпохи отсутствуют.
  • Многочисленные элементы быта и их названия с восток: чай, калач, самовар, казан, плов, епанча, штаны, сапоги, кокошник,армяк, башлык и т.д.
У них уже такой обычай, — говорит про русских Олеарий, — и образ унижаться перед другими и выказывать свое унижение: когда имеют дело с каким-нибудь знатным господином, они приветствуют его земным поклоном, наклоняют низко голову, касаясь ею даже до земли, а иногда и просто валяются у него в ногах, и таким образом благодарят даже за побои и наказания, которым он подвергал их.

 

 

  • Обычай красить свое лицо в Московской Руси получил преувеличенно грубые формы, обращавшие на себя внимание иностранцев.
    Кроме обычных белил и румян, в Московской Руси употребляли еще сурьму, краску для бровей и ресниц, очень распространенную и теперь на мусульманском Востоке. Для хранения сурьмы употреблялись особого рода коробочки, носившие название суремниц. Русская женщина тех веков, в "боевом раскрасе" могла бы напугать современника резким контрастом красных щек, черных бровей и отбеленного лица.
    Но в самой Орде дамы щеголяли черными зубами, отбеленным лицом с синими и черными тенями под глазами...
  • Вообще отношение к женщине изменилось полярно: от относительного равноправия времен Киевской Руси, к презрению после, в духе традиционного для кочевников отношения к мужчине, как к батыру и охотнику, а к женщине, как низшему существу.
  • Появились и взятые с востока особо мучительные казни: сажание на кол, битье кнутом и палками по пяткам, пытки и кипяток.
  • В архитектуре появляются куполообразные здания, с башнями-луковицами,которые сейчас выдаются за "русский стиль", хотя внешне точно копируют тюркские строения.
Этот обычай затворничества перешел от высших классов к более богатым представителям из простого народа и сохранялся в течение очень долгого времени. Так, в биографии В.Г. Орлова помещено описание богатого села в Костромском наместничестве, Поречья, которое граф посетил в 1786 году. «Много здесь домов каменных, — рассказывает биограф, внук графа, — крестьяне очень богаты. Девки никогда никому не кажутся; и если случится им нужда пройти по улице, тo всегда на лице у них бывает покрывало. Вероятно, сей азиатский обычай остался у нас в некоторых провинциях со времени татарского порабощения России... Все женщины очень много румянятся и белятся и тем портят они себе лицо и зубы».

 

  • Тотально изменилось русское войско, перейдя на татарский манер: вместо тяжелой пехоты - легкая и многочисленная конница, все ее вооружение и упряжь из татарских образцов, да и сами кони степных пород. Сабля и лук становятся самым популярным видом оружия, а поляки, которые вели войны с Россией, впоследствии сетовали, что "московиты воюют на татарский манер, изматывая соперника постоянными уловками и маневрами, обстреливая из засад и не принимая честного боя до тех пор, пока не убедятся что соперник сильно ослаб".
  • Рабство процветало как внутри страны, так и снаружи: ежегодно тысячи людей угоняли на продажу в Крым. Невольничий рынок в Крыму процветал до XVIII века. По некоторым подсчетам через него прошло 6,5 млн. рабов и рабынь. 80% рабов составляли девочки и девушки в возрасте от 8 до 24 лет и власти не могли или не хотели мешать этому позорному бизнесу. Что самое позорное, до 17 века существовал налог на "выкуп из полона", куда собирались деньги казны и на них освобождали знатных пленниц.
  • Мужеложество в XVI столетии свирепствовало не только в московских войсках, оно охватило и аристократические круги московского государства, проникло и в монашествующую среду. Этим пороком страдал и сам царь Иван Васильевич Грозный, предаваясь противоестественному разврату с своим любимцем Федором Басмановым. Что было как характерным для подобных "маскулинных обществ", так и вообще для нравов кочевников той эпохи, а в условиях, когда женщины закрыты в теремах - это была еще и заместительная терапия.

Содомский грех перешел и в XVII столетие и был распространен настолько, что обращал на себя внимание наблюдательных иностранцев. О нем говорят и Даниил Принц из Бухова (1577), и Маржерет (1606), и Исаак Масса (1609), и Бер (1612), и Петрей (1620), и Олеарий (1636), и приехавший на русскую службу при Алексее Михайловиче в 1658 г. горячий славянский патриот, ученый серб Юрий Крижанич
Даже сам патриарх Никон не избег обвинения в содомии со стороны старообрядцев, указывавших «на поддьяка меньшей статьи» Ивана Ладошку, которого якобы Никон «подпол ссодомствовал».

«...страшный грех содомский в этой стране почти не считается преступлением; в пьяном виде они очень к нему склонны...»
«татары падки на любострастие, и при том извращенное». (С.Герберштейн)
До падения Константинополя, византийцы считали турок-сельджуков и печенегов неисправимыми гомосексуалистами

 

Точно такое же падение нравов мы обнаружим и в Турции той эпохи, которую Московская Русь явно копировала.

Среди янычар процветала педерастия по отношению к новобранцам из числа юношей балканских народов. Баязид Йылдырым и Мехмет Завоеватель стали наиболее известными султанами -содержателями мужских гаремов. Любовь к мальчикам воспевалась турецкими поэтами. Особенно показательной в этом отношении была поэма Яхи-бея Дукагина (ок. 1495—1575) под названием «Царь и нищий» и была своеобразным эталоном для жизни мужчин высших классов империи Османов.

Интересен рассказ Олеария о пребывании его в Персии из которого можно видеть, каким образом происходило знакомство русских с этим пороком. Говоря о караван-сараях в Шемахе, Олеарий называет один из них, в котором черкесские татары вели свою торговлю невольниками. «Когда мы были здесь на обратном пути, — говорит Олеарий, — то русский посланник Алексей (Саввинович Романчуков, — С. А.), человек весьма веселый, любящий забавы и еще молодой, пошел в этот последний караван-сарай из желания поглядеть на живой товар и, между прочим, за одного мальчика, довольно красивого лицом и хорошо сложенного, за которого просили 6 туменов, предложил 2 тумена, т. е. 32 рейхсталера, но такая цена так обидной показалось черкесскому торговцу людьми, что он, ударив мальчика по заднице, с полным бесстыдством сказал: «Одною этой частью ты можешь в своей жизни наслаждаться на гораздо большую сумму».

В итоге, Русь могла познакомиться с такими обычаями ото всех степных народов, под влиянием которых находилась. Причем со временем, это стало прочно ассоциироваться с образом жизни и нравами русских, для их более западных и менее развращенных соседей.

Так, польский историк Длугош, рассказывая о мнимом завоевании в конце XI столетия Волыни и Киева польским королем Болеславом, говорит, что Болеслав в Киеве впал «в гнусный порок самого неумеренного сластолюбия» (In spurcissimum sodomiac scelus Ruthenorum detestabilib mores incitatus, т. e. «в самый гадкий порок содомии, подражая мерзким нравам русских).

 

  • Отдельную тему для заимствований дали многочисленные монгольские суеверия, которые переняли и русские: вера в заговоры от старых женщин, магические свойства порога дома, очистительные свойства дыма и огня, необходимость мужчине иметь сына в браке, иначе он будет считаться недостойным.
  • Интересна и модель организации отношений внутри страны для покоренных народов у монголов. Постоянное провоцирование склок, споров, поддержка одних против других, не давать возможность объединяться даже во взглядах! Монголы виртуозно владели этими навыками, что позволяло им удерживать в слабости покоренных, а русские переняли их и для управления собственным народом, где никогда нет единства.
  • А вот матерные слова, которые якобы переняли от монголов, это миф. Большинство из них имеют еще древнюю индоевропейскую основу и к монголам отношения не имеют.